ОРУЖИЕ БЛИЖНЕГО БОЯ.

САБЛЯ (таблица - 10) - наиболее распространенное-рубяще-колющее оружие, игравшее, несомненно, важнейшую роль в комплексе средств ведения ближнего боя. Исследователи достаточно единодушно считают саблей "однолезвийный, прямой или изогнутый клинок со скошенной в сторону лезвия рукоятью" 1. Эффективность сабли определяется таким изгибом клинка и положения центра тяжести, при котором уменьшается угол резания и увеличивается сила удара. Булгарские сабли, как и другие ранние формы этого оружия, имели отклоненную к лезвию рукоятку так, чтобы "в момент удара сабельная полоса не образовывала тупого угла к оси протянутой руки, а лежала бы в одной с ней горизонтальной плоскости"2. Благодаря наклону рукояти в сторону лезвия и выгибу полосы, "сабля обладает рубяще-режущим действием. Удар имеет круговой характер, он получается скользящим и захватывает большую часть поверхности тела, а угол резания сабли острее, чем угол разрубания мечом" 3. Именно эти конструктивные особенности способствовали появлению сабли у степных народов Евразии, вероятно, в VII - VIII вв. Постепенно она занимает важное место в наборе кочевнического оружия, особенно в Восточной Европе. В первую очередь, это связано с условиями маневренных схваток в которых участвуют большие массы конницы, так как "сравнительная легкость сабельной полосы допускает более быстрое движение руки, нежели тяжелый меч, и, несмотря на разницу в весе, кривой клинок немногим уступает прямому в силе удара" 4. Регулярное применение сабель всадниками позволило степной кочевнической кавалерии увеличить силу натиска в рукопашной схватке и приобрести устойчивость в ближнем бою.

Древние болгарские племена имели на вооружении саблю, видимо, еще в Подонье и на Северном Кавказе где она появилась на рубеже VII - VIII вв. и была широко распространена. Поэтому не случайно, что тюрко-угорские, в том числе и болгарские, племена, проникавшие и заселявшие в VII-VIII вв. Среднее Поволжье, использовали, очевидно, довольно развитые типы этого клинкового оружия.

Из могильников Волжской Булгарии известны около 20 сабель. Сабля, учитывая ее ценность, в большинстве семей передавалась по наследству, и положить ее в погребение могли только богатые, состоятельные родственники. Попасть в могилу она могла и тогда, когда у погибшего отсутствовало мужское потомство.

Сопоставляя такие параметры, как длина лезвия, выгиб полосы и угловое отклонение рукояти от центра клинка у разных экземпляров сабель, удалось выделить два типа клинков: сабли I типа имели выгиб полосы до 0,9 см, длину лезвия до 73 см. и угловое отклонение рукояти до восьми градусов; у сабель II типа выгиб 0,9 - 1,5 см, длина 74-90 см, угловое отклонение 9 градусов и более. Для сабель VIII - X вв. были характерны два типа перекрестий: прямые и полулунные, со слегка опущенными вниз концами, завершающимися шарообразными утолщениями. Удалось установить, что сабли типа I были характерны для VIII - IX вв., а II - для IX - X вв. Эти данные подтверждают мнение оружиеведов о том, что совершенствование сабель в целом идет в "сторону увеличения длины, выгиба полосы и изгиба рукояти" 5.



Эволюция сабель Волжской Булгарии продолжалась в X - XIII вв., когда, судя по изученному материалу, возрастает их количественное и качественное разнообразие. Всего с территории Волжской Булгарии учтены 23 сабли (целые и обломки клинков), 39 металлических перекрестий от них, а также несколько деталей от ножен, относящихся к X - XIII вв.

По конструкции, сабли X - XIII вв. в целом отличаются от сабель более раннего периода. Так длинна клинка достигла 87-110 см, ширина увеличивается до 4 см (чаще всего 3-3,5 см), а изгиб стал равняться 2-4 см. Развитие прослеживается и по другим параметрам: двулезвийность (обоюдоострая часть острия клинка), достигавшая 15 см в IX - X вв., удлиняется в конце,XII - XIII в. до 20 см, одновременно появляются дол (выемка вдоль спинки клинка) и оковка верхнего края лезвия клинка близ перекрестья.

Основываясь на анализе Билярских материалов, первую систематизацию сабель волжских булгар попытался разработать Ф.Ш.Хузин. Он взял за типообразующий признак степень изогнутости сабельной полосы. Учитывая этот опыт, а также принимая во внимание эволюцию этого оружия на степной территории Восточной Европы, можно выявить тенденции совершенствования клинков на территории Волжской Булгарии во второй половине X - XIV в. Все они сгруппированы по изменениям изгиба клинка и его длине (наклон рукояти всех известных булгарских находок этого оружия X - XIV вв. практически не изменяется, колеблясь в пределах 3-5 градусов). Классифицированы по данным параметрам, естественно, только целые экземпляры сабель, а выявленные обломки клинков используются в качестве дополнительного материала для анализа (особенно сравнительно длинные обломки, сохраняющие типообразующие признаки). Условно все клинки делятся на два типа. Тип I -слабоизогнутые (изгиб клинка 2,1-2,6 см) и сравнительно недлинные (87-90 см) сабли. Клинки этого типа по ряду параметров сходны с образцами этого вида оружия IX - X вв., хотя некоторые экземпляры имеют и явные конструктивные отличия (наличие дола, манжеты в верхней части лезвия). Аналогичные клинки были широко распространены в Восточной Европе и Центральной Азии в X - XIII вв. и известны среди древностей с территории Древней Руси 6, средневековых предкавказских алан и древнемордовских племен, а также енисейских кыргызов X - XII вв.



Тип II - сильноизогнутые (изгиб клинка 2,5 (иногда 2,2) - 3,5 см) и длинные (более 90, чаще всего 93 - 100 см) сабли. Сходные по размерам и кривизне лезвия клинки были особенно распространены в Восточной Европе и на Южном Урале во второй половине XII - XIII вв. Данная типология является, в известной степени, искусственной, так как пока в достаточной мере не ясна военно-техническая и культурно-историческая эволюция сабель на территории Булгарии. Если исходить только из конструктивных особенностей клинка (длина и кривизна полосы), то тип I явно предшествует типу II , что в целом соответствует намеченной по булгарским находкам истории развития клинкового оружия. Однако учет оформления сабель оковками, в равной мере характерного для обоих типов заставляет считать, что в конце XII - середине XIII в. население Булгарии использовало клинки с разными типами конструкции сабельной полосы. Вполне возможно, что именно в этот период определяющее значение в военно-техническом совершенствовании сабель играли перекрестья. В целом, несмотря на то, что клинки из Булгарии представляют собой в некоторой мере случайную выборку, они отражают действительные реалии развития этого вида оружия в направлении удлинения и увеличения их изгиба. Именно находки таких развитых форм сабель являются определяющими для этого времени и свидетельствуют, что для изогнутых клинков главнейшей продолжала оставаться рубящая функция, хотя обоюдоострый конец позволял наносить и колющий удар. Археологические и оружиеведческие параллели подтверждают, что наиболее близкой к развитию сабель Волжской Булгарии является эволюция кыпчатских и древнерусских (особенно Южной Руси) клинков. Однако нельзя не отметить, что у булгар отсутствуют широколезвийные клинки, встречающиеся на Руси. Подобное обстоятельство не случайно и помимо всего прочего связано, видимо с условиями боевой практики. Не менее важным элементом, чем полоса, является рукоять сабли. Для ранних типов сабель, видимо, отклонение рукояти к лезвию клинка было одним из главных формообразующих показателей, так как слабо искривленный однолезвийный клинок за счет наклона рукояти получил тот режущий эффект, который характерен для сабли. У раннебулгарских сабель в VIII - IX вв. угловое отклонение рукояти от оси верхней трети клинка было 1-8 градусов, в IX - X вв. эта величина достигает уже 9 градусов. В дальнейшем, в связи с увеличением изгиба полосы, наклон рукояти булгарских клинков домонгольского периода не изменяется. На поддающихся измерению рукоятях он почти никогда не превышает 5-7 градусов. Такая тенденция была установлена также А.Н.Кирпичниковым при изучении древнерусских сабель, у которых легкий наклон стержня рукояти к лезвию, равный 6-8 градусам, почти не изменялся в течении X - XIII вв. 7. Эти данные позволяют сделать вывод, что на определенном этапе развития сабли изгиб полосы начинает играть все более значимую роль в совершенствовании клинка, а наклон рукояти остается неизменным либо даже уменьшается (причем, чем больше изгиб клинка, тем меньше отклонение стержня рукояти).

Другим важнейшим, и видимо, достаточно быстро изменявшимся элементом сабли было перекрестье, или гарда (таблица - 10). Непосредственно защищая руку, оно быстро реагировало на изменения фехтовальных приемов, поэтому его эволюция может служить одним из главных показателей развития сабли. Всего с территории Булгарии известно 39 перекрестий, которые можно разделить на ряд типов 8.

Тип I (4 экз.) включает изогнутые перекрестья с; опущенными вниз концами, завершающимися шарообразными утолщениями. Как и все домонгольские гарды, эти в целом отличаюся от более ранних своей массивностью, а также отсутствием бронзовых деталей, которые встречаются на более ранних перекрестьях.

Тип II (15 экз.) объединяет прямые перекрестья с ромбическим расширением на середине их длины. Эта группа самая многочисленная и довольно ранняя (для булгарского вооружения перекрестья типа II характерны уже с VIII - IX вв.).

Тип IIА (7 экз.) представляет собой следующий этап в развитии гард с ромбическим расширением и отличается наличием опущенных книзу концов. В Древней Руси они появляются в начале XIII в. Булгарские перекрестья, как показывают находки из слоев городищ Хулаш и Биляр 9, также могут быть отнесены к предмонгольскому периоду.

Тип IIБ (2 экз.) объединяет перекрестья с длинными выступающими мысиками с округлыми расширениями на концах или середине их длины. Аналогичные гарды из Древней Руси позволяют датировать этот тип XII - XIII вв.Тип III (10 экз.) объединяет перекрестья с боковыми защитными мысиками и длинными (часто округлыми в сечении) стержнями. Весьма сходные по форме и конструктивным особенностям эти перекрестья известны среди древнерусских древностей XIII в. 10.

Тип IV (1 экз.) представлен широкой брусковидной гардой с короткими подчетырехугольными в сечении стержнями; судя по особенностям конструкции, является оригинальным булгарским изделием.

Итак, у булгарских сабель Х-Х1 вв. гарды (тип I,II) получили определенное развитие по сравнению с более ранним периодом, а к XIII в. они выработали уже целый ряд новых форм (IIА, IIБ, III, IV), которые демонстрируют совершенствование этой детали.

Типология и хронологизация сабельных перекрестий свидетельствует о постоянных, конструктивных изменениях, стержневым направлением которых было стремление максимально приспособить их для более надежной защиты руки. Причина такого развития кроется в расширении диапазона фехтовальных приемов и возросшем значении маневренного многоактового кавалерийского боя.

Анализ перекрестий показывает, что наряду с формами, характерными для кочевого мира Евразии (тип I, II), булгары использовали гарды, аналогичные древнерусским типам. Иногда этот факт трактуется как "использование или заимствование русских форм" 11. Признавая это, нельзя абсолютизировать степень зависимости булгарских перекрестий от древнерусских. Несомненно, что взаимообмен военно-техническими новинками и оружейными традициями Руси и Булгарии был постоянным, однако эволюция сабель в обеих странах все же шла параллельно. Причем вновь возникшие средства защиты руки в XII - XIII вв. на Руси и в Булгарии отличаются от перекрестий, использовавшихся в то же время кочевниками и соседними финно-угорскими племенами. Это заставляет искать причину сходства гард не столько во взаимствовании чужого оружия, сколько в близости уровней развития оружейного ремесла и военного дела оседлых народов феодальных государств Восточной Европы.

Подводя итоги изучению сабель Волжской Булгарии, особо отметим, что эволюция сабель здесь имела ряд особенностей. Появление сабли у древних болгарских племен совпадает с начальной историей этого вида оружия, а в раннебулгарское время сабля стала одним из основных видов наступательного оружия. Дальнейшее ее совершенствование в X - XIII вв. приводит к изменению сабельной полосы и модификации перекрестий. Особенно ярко изменения проявляются в конце XII - начале XIII в., когда увеличивается значение длительного боя, требующего новых фехтовальных приемов. Доказательством этому служат совершенствование изгиба полосы, увеличение двулезвийности клинка, а также расширение защитных возможностей перекрестий (особенно типов IIА, III, IV). Наряду с восточноевропейскими традициями развития можно заметить и некоторые особенности, по-видимому, характерные для эволюции сабель Волжской Булгарии, которые выражаются в отсутствии клинков с широким лезвием и сильно изогнутой полосой.

МЕЧ (см. таблица - 1) - рубяще-колющее оружие с двулезвийным прямым клинком. Всего с территории Волжской Булгарии известны 12 целых мечей и их обломков, 2 навершия рукояти, 2 перекрестья, а также 4 наконечника от ножен. Такое оружие пока не обнаружено в раннебулгарских погребениях, поэтому распространение мечей и их фурнитуры у населения Волжской Булгарии в начале X в. можно рассматривать не только как новые явления в области вооружения, но и как свидетельство становления передовых феодальных традиций в военном деле.

Территориально все булгарские находки располагаются довольно компактно в Западном и Центральном Закамье. Из города Болгара происходят: меч, 2 наконечника ножен, из Биляра - навершие меча и 2 наконечника ножен. Два меча из так называемого Староальметьевского клада происходят, вероятно, также из Биляра. Весь этот клад, скорее всего, является коллекцией, собранной на Билярском городище скупщиками древностей из села Старое Альметьего. В XIX в. несколько их семей жило в селе Билярск, а также в окрестных селах. 12. Многие находки попадали в другие города и стали основой булгарских фондов Эрмитажа и ГИМа. Судя по распределению местонахождений клинкового оружия у булгар, следует признать вполне определенную связь раннегородских поселений и находок мечей. Сосредоточие находок мечей вокруг ранних городских центров характерно также для Руси, Венгрии и других раннефеодальных государств Европы 13,14.

Обстоятельства находок, к сожалению, в большинстве случаев не позволяют уточнить хронологию булгарского материала, которая поэтому основывается на сопоставлении с древнерусской и общеевропейской периодизацией эволюции этого оружия. Для мечей, как и для сабель, основой являются стадии развития клинка. Все сохранившиеся мечи из Булгарии незначительно отличаются друг от друга и характеризуются постепенно суживающимся к оконечности клинком. Общая длина сохранившихся мечей составляет 90 - 97 см., длина клинка - 79-85 см., ширина лезвия у перекрестья - 5,5-6,3 см., ширина острия (в 3 см. от окончания) - 2-3 см. К этим клинкам примыкают несколько неопределенных обломков. Все клинки в сечении плоские и снабжены долом, который занимает примерно треть ширины клинка (долы не выявлены лишь на сильно коррозированных обломках). Все эти клинки относятся к типам широко распространенных в IX - XI вв. в Европе каролингских мечей 15. Доказательством тому служат клейма, обнаруженные почти на всех мечах Среднего Поволжья. Впервые выявил эти знаки и надписи А. Н. Кирпичников, который обобщил данные о всех восточноевропейских клеймах и установил им аналоги в Западной Европе, что позволило уточнить их хронологию и место изготовления 16,17. Наличие обобщающих работ по истории этого оружия позволяет ограничиться характеристикой мечей, происходящих с территории Волжской Булгарии.

Изучение мечей с территории Булгарии в целях обнаружения надписей подтвердило мнение, что дорогие клейменые клинки - скорее правило, чем исключение. По крайней мере, на всех пяти расчищенных клинках из Булгарии обнаружены знаки. Заслуживает внимания факт, что 3 из них - это мечи с маркой ULFBREНТ. По всей Европе мечей с таким клеймом найдено около 120 18, что позволяет констатировать их массовое производство в древности.

Все мечевые клейма позволяют установить, что местом изготовления их были прирейнские области империи Каролингов и попали они в Булгарию, несомненно, через северную Европу и Русь.

Исследователями давно замечено, что наиболее подвижным и вариабельным элементом средневекового меча является рукоять. У каролингских клинков навершие рукояти служило своеобразным противовесом (массивные железные навершия и перекрестья уравновешивали длинный клинок, в результате центр тяжести находился примерно в верхней трети меча), поэтому удары можно было наносить с большей частотой и интенсивностью.

Типология раннесредневековых европейских мечей была разработана Я. Петерсоном и с соответствующими дополнениями была использована А. Н. Кирпичниковым для древнерусских материалов 19. Ввиду недостаточно большого количества мечей и их частей с территории Булгарии имеет смысл рассмотреть их, приняв за основу общеевропейскую классификационную систему и названия типов. Тип "Н" (таблица - 1). Мечи этого типа отличаются узким прямым перекрестьем без ребра и неорнаментированным треугольным в профиль и фас навершием. Известны два таких меча с территории Булгарии: один - из Болгарского городища, второй - из Староальметьевского клада.

Простота отделки рукояти (чаще всего серебряная набивка по железу с орнаментом в виде равномерно расположенных вертикальных полос, которая заметна и на булгарских находках) способствовала широкому распространению подобных клинков. Это, несомненно, самый популярный тип меча, находки которого "встречены почти во всех районах Руси, где обнаруживают клинки" 20.

В Северной Европе использование мечей типа "Н" ограничивается 850-950 гг. 21, и это был, видимо, один из ранних типов каролингских мечей. На Руси он известен с конца IX в., а самые поздние находки датируются второй половиной X - XI в. В Венгрии такие мечи встречаются в погребениях конца X в. К сожалению, булгарские находки не позволяют уточнить датировку этого типа в Восточной Европе, но в целом, видимо, их использование относится к X - началу XI в.

Тип "S". Объединяет мечи с трехчастной головкой навершия (среди булгарских находок не встречено пятичастных наверший) с повышенной средней частью и перекрестьем с расширяющимися концами. Орнаментальные композиции на булгарских мечах этого типа сходны с украшениями каролингского стиля. По количеству найденных мечей тип "S" значительно уступает другим 22. Это, несомненно, связано с тем, что подобные богато украшенные мечи были достоянием довольно узкого социального слоя военно-феодальной знати. Недаром в Скандинавии мечи этого типа найдены в погребениях дружинников высокого ранга 23.

Время бытования этих мечей, судя по находкам из Центральной Европы, Скандинавии, Венгрии и Руси, - вторая половина X - начало XI в. 24,25. Видимо булгарские находки следует считать синхронными другим экземплярам данного типа.

Тип "Е". Имеет значительное своеобразие - поверхность рукояти (перекрестье и нижняя половина навершия) покрыта ячеистым орнаментом. Украшения рукоятей мечей типа "Е" имеют вид округлых, высверленных в металле ячеек (глубиной до 3-4 мм.), пространство между которыми плакировано серебром. Серебряное поле выполнено набивкой проволоки на железную основу выемок.

Хронология этого типа в Восточной Европе довольно сложна. Изучение древнерусских мечей типа "Е" позволило А. Н. Кирпичникову отметить их русскую группу как "весьма позднюю и своеобразную" 26. Это, видимо, можно отнести и к болгарским мечам с таким навершиями. Действительно, мечи с "мелкоячеистым" орнаментом в Северной Европе и на Руси очень редко встречаются после 900 г., а в Булгарии они, видимо, использовались чуть позже.

Мечи так называемого романского типа второй половины XII - XIII в. на территории Булгарии известны пока только по обломкам. Однако некоторые обломки клинков, видимо, можно отнести к подобному виду. Они отличаются от каролингских большей суженностью сторон и шириной лезвия около 4,4-5 см. Трудно судить по Булгарским материалам о всех изменениях данных клинков, но можно предполагать, что их эволюция следовала европейским и древнерусским стандартам 27.

Наверший и перекрестий от мечей романского типа из Волжской Булгарии известно немного. Объясняется этот факт как вообще редкостью находок клинкового оружия из-за его ценности, так и меньшим значением меча по сравнению с саблей в комплексе вооружения булгарского воина.

Появление романских мечей восточноевропейских типов в Волжской Булгарии связано, конечно, с влиянием древнерусского оружейного дела. В Среднем Поволжье почти нет находок с типично западноевропейскими деталями мечей.

Мечи не были случайным заимствованием, и тем более, чуждым для Волжской Болгарии оружием. Наоборот, появление и развитие этого вида клинкового оружия как важной детали вооружения булгарских дружинников свидетельствует о целенаправленном включении меча в комплекс булгарского вооружения. Его значение в наборе дружинного оружия не исчерпывается чисто боевыми функциями. Именно появление и использование этого оружия знаменует процесс глубоких социальных сдвигов в обществе и военном деле. Как уже отмечалось, для булгарских воинов VII - IX вв. меч был не характерен. Первые сведения, о его применении в Среднем Поволжье относятся к началу X в., когда у булгар происходит становление государства и военно-феодальной организации.

Приуроченность использования первых мечей к этому периоду доказывается историческими параллелями с Русью и Венгрией. В целом в развитии клинкового оружия у болгар и венгров много общего. Оба эти народа с богатыми культурными и этническими корнями вступили во второе тысячелетие, имея на вооружении в качестве основного клинкового оружия саблю. Однако военные контакты с соседями и феодализация общества вызвали необходимость использовать двулезвийный меч. Венгры, надо отметить, уже к концу XII в. перешли почти полностью на западноевропейское оружие. Булгары предпочтение отдавали, прежде всего, сабле.

Булгарская дружина, ставшая применять меч наряду с традиционным вооружением, была достаточно неоднородна по составу. Нет оснований связывать появление мечей только со скандинавами, хотя они сыграли, несомненно, ключевую роль в распространении этого оружия, особенно в начальный период истории Центральной и Восточной Европы. Тогда, викинги в качестве наемных воинов служили в войсках многих европейских правителей 28,29. Меч в Волжской Булгарии стали использовать также под влиянием включенного в болгарскую дружину, иноэтничного по происхождению слоя воинов, насыщенного "варяжско-русскими" культурными элементами. Исторические параллели заставляют считать, что находки дружинного вооружения западных образцов в Булгарии - явление далеко не случайное, а исторически обусловленное. Появление каролингских мечей в Среднем Поволжье в X в. было закономерным следствием многих причин. Огромную роль в этом сыграли начало использования Волжско-Балтийского торгового пути и тесные связи Булгарии со странами балтийского региона 30,31,32. Однако ведущим фактором следует признать социальные сдвиги, происходящие в булгарском обществе и, главным образом, становление феодального государства. Поэтому, несомненно, что богато отделанные и высококачественные клейменые мечи, появившиеся в эту эпоху, были доступны сравнительно узкому кругу знатных дружинников, но именно эта знать определяла формирование новых социальных отношений, военных приемов и традиций надэтничной дружинной культуры.

КОПЬЕ (таблица - 11) - Колющее древковое оружие ближнего боя, состоявшее из железного наконечника и деревянного древка. Иногда на обратный конец древка надевался металлический вток. Копья были хорошо известны и широко распространены у населения Волжской Булгарии, судя по находкам из могильников VIII - начала X в. 33, которые очень близки наконечникам копий, найденных в салтово-маяцких могильниках Подонья и Нижнего Поволжья.

Развитие вооружения в X - XIII вв. привело к расширению набора булгарских наконечников копий. Причем возрастает не только количество находок копий и их типов, но и их роль в комплексе вооружения. В настоящее время учтены 82 наконечника копий и 7 втоков, значительная часть которых происходит из раскопок булгарских поселений, а почти треть из музейный коллекций, собранных с селищ и городищ Волжской Булгарии. Копье представляет собой оружие для поражения противника на средней дистанции. Основной его функцией, еще с эпохи древности, была колющая 34. Особой группой копий, судя по размерам наконечников и древка (около 1,5 м.), были дротики для поражения противника на близком расстоянии. Судя по историческим и оружеведческим параллелям 35,36,37,38, несмотря на все разнообразие типов наконечников копий, они оставались достаточно многофункциональными, а различия их по форме касались в значительной мере большей или меньшей специализированности ударно-колющего действия (граненные пики, узколезвийные копья) и унифицированности колюще-режущего (широколезвийные копья, рогатины). Видимо, искания мастеров оружейников на пути совершенствования форм и размеров копий в древности и средневековье были направлены как раз на углубление и развитие этих двух тенденций.

Определенную роль в разграничении типов копий по их назначению могли бы сыграть данные о длине и толщине древка. К сожалению, в отношении булгарских копий наши знания об этом предмете весьма косвенны.

Судя по размеру втулки, толщина древка постепенно увеличивалась. Длина кавалерийского копья, как было определено оружиеведами, составляла при около 360 см. 39. Длина пехотного копья, видимо, была чуть меньше (1,5 - 2,5 м.), а толщина - больше 3,5 4,5 см.

Учитывая эти исторические параллели и военно-тактические приемы использования копий, общую массу находок следует сгруппировать в несколько культурно исторических серий. Они делятся по форме пера и по характеру насада (черешок или втулка) на типы, а по ряду особенностей сечения и строению пера на подтипы (таблица - 11).

Тип I (33 экз.) включает копья с длинным узким шпилевидным пером, четырехгранным в сечении, и воронкообразной втулкой. Обычно подобные экземпляры называют пиками 40. Данный вид оружия появившийся впервые в центральноазиатских степях, попал в Европу в эпоху Великого переселения народов 41,42. Позже, к VIII - IX вв., узколезвийные граненые копья распространяются от Приамурья на востоке 43,44 до Венгрии и Дунайской Болгарии на западе 45. Подобные узколезвийные пики булгары имели в Среднем Поволжье, где они найдены в ряде могильников ранней Волжской Булгарии 46. Причем по значению в комплексе вооружения они не уступали удлиненно-треугольным копьям.

Подтип IА (20 экз.) характеризуется относительно коротким (10-14 см) четырехгранным в сечении пером. Ранние экземпляры этого типа, отличаются вытянутым клиновидным пером подромбического сечения и удлиненной втулкой диаметром обычно до 3 см. Более поздние (XII - XIII вв.) наконечники копий этого подтипа имеют узкую пирамидальную форму (наибольшая ширина пера 1,4-1,8 см, сечение подквадратное) и широкую воронковидную втулку (диаметром до 4 см). Шейка у наконечников небольшая, иногда совсем отсутствует, а плечики резко опущены к втулке. Конец некоторых втулок снабжен валиком с колечком, возможно, для крепления к копью бунчука или знамени.

Подтип IБ (11 экз.) объединяет длинные, вытянутые шпилевидные наконечники с подквадратным в сечении пером, короткой (около 9-11 см) и не широкой (2,5-3 см) втулкой. В предмонгольское время копья этого подтипа были заметно усовершенствованы: граненое перо вытягивается до 21 см и снабжается широкой (до 3 см) втулкой. Шейка пера становится более массивной или совсем отсутствует.

Как указывают средневековые исторические источники, пики служили специализированным кавалерийским боевым оружием, рассчитанным на пробивание стальных доспехов. Начавшееся еще в VII - IX вв. направленные изменения этого вида древкового оружия у волжских булгар продолжалось все домонгольское время. Ведущей тенденцией развития была выработка наконечников с большей проникающей возможностью, способных выдержать мощный удар о броню. В середине X - XI в. в конструкции копий подтипа IА заметны более ранние традиции. Естественным поэтому будет предположение, что подромбические в сечении, клиновидные наконечники X - XI вв. имели боевые свойства вполне удовлетворительные для действия против защитного вооружения того времени. Позднее, по мере совершенствования доспехов, пики приобретают все более узколезвийную форму, становясь специализированным оружием, что обуславливает появление копий подтипа IБ, которые начинают играть определяющую роль в наборе древкового оружия.

Наибольшее количество и разнообразие форм пик приходится на конец XII - начало XIII в., когда в связи с повышением надежности защитного вооружения появляются их новые модификации, часть наконечников копий еще более увеличиваются в длине (IБ), а другие становятся узкими, пирамидальными (IА). Общей характерной чертой всех этих подтипов является наличие граненного подквадратного сечения, втулка их заметно расширяется, а плечики или исчезают, или становятся низко опущенными, что укрепляет шейку, делает ее конструкцию более надежной. Благодаря этим изменениям, пики в конце XII - XIII в. становятся ведущим кавалерийским оружием, специально предназначенным для мощного таранного удара копьем.

Тип II (24 экз.) - Копья с удлиненно-треугольным пером с четко выраженными плечиками и длинной, расширяющейся к низу втулкой. Такие наконечники копий известны почти по всей территории Восточной Европы и в VIII -XI вв. были, видимо, самой распространенной формой древкового оружия 47. У волжских булгар они стали, скорее всего, особенно популярна с IX века и найдены во многих могильниках ранней Волжской Булгарии 48. Булгарские домонгольские наконечники копий этого типа делятся по форме пера на подтипы.

Подтип IIА (4 экз.) характеризуется широким удлиненно-треугольным пером (отношение длинны к ширине 2-3:1), линзовидным (реже ромбическим) сечением пера и длинной, расширяющейся к низу втулкой.

Подтип IIБ (12 экз.) объединяет наконечники копий с не широким пером удлиненно-треугольной формы (отношение длинны к ширине 4:1) ромбического сечения с покатыми плечиками и широкой втулкой. В XII - XIII вв. форма копий этого подтипа была заметно модифицирована. Изготовленные в этот период наконечники копий имели вытянутое удлиненное и резко суженое перо, втулка их была укорочена и расширена книзу.

Подтип IIВ (8 экз.) отличается удлиненно-треугольным пером, покатыми плечиками и длинной (10-16 см), расширяющейся книзу втулкой. К XI - XII вв. часть наконечников этого подтипа производится с удлиненным ромбическим в сечении пером.

Наконечники копий II типа по своему назначению являются универсальными. Самые ранние их формы (подтип IIА) служили, по-видимому, и охотничьим, и боевым оружием. Другие копья, изготовлявшиеся и использовавшиеся в X в., с более узким пером (IIБ и IIВ) были приспособлены именно для боевых действий, а уже примерно в XI в. возникают модификации копья IIВ, которые специально предназначались для маневренного кавалерийского боя. Вероятно, широколезвийные копья этого типа были оружием пехоты, в то время как другие могли использоваться как пехотинцем, так и всадником. В XII в. усовершенствование наконечников копий II типа шло в сторону некоторой специализации различных подтипов, причем все более отчетливо выделяются всаднические и пехотные копья.

Указанная тенденция отчетливо проявляется в конце XII - XIII в., когда, с одной стороны, выделяются мощные широкие удлиненно-треугольные копья ставшие оружием пехоты, а с другой совершенствуются формы (IIА и IIВ) которые становятся популярным оружием конного воина. Это стало возможным после того, как начали изготавливаться длинные узколезвийные копья, у которых была усилена шейка за счет сильной скошенности плечиков и увеличен диаметр тульи, а лезвие стало приобретать ромбическое сечение. Все эти изменения позволили увеличить их пробивную силу и надежность. Сходное развитие вытянутых, удлиненно-треугольных копий с пиками показывает, что они становятся важной частью оружия кавалериста, который использовал его против защищенного доспехами противника 49. Популярность таких копий связана, скорее всего, с их явной универсальностью и большой степенью надежности, так как они, в отличие от пик, оставляли более широкую резанную рану, совмещая свойства граненной пики и листовидного копья, что позволило успешно применять их против закованного в броню всадника и легковооруженного пехотинца в ходе продолжытельного боя. Именно эти качества и способствовали, по видимому, расширению диапазона применения таких копий в период, когда основным кавалерийским оружием оставалась граненая пика, а также помогли позднее занять ведущее положение среди других видов копий.

Тип III (3 экз.) - наконечники копий с асимметрично-ромбическим пером, выступающей гранью посередине и длинной широкой, часто несомкнутой втулкой. Они появляются у булгар, несомненно, в результате контактов с финскими племенами, у которых эти копья применялись с середины первого тыс. н.э. На территории Древней Руси подобные наконечники не были широко распространены, и уже к XI в. вышли из употребления 50. В Волжской Булгарии их находки так-же единичны для X в., а позднее практически не встречаются. Происходят они в основном из земель обулгаризованных буртас, где особенно активными были контакты с мордовскими племенами. Назначение подобных копий было, в первую очередь, охотничье, что не исключало использования их в качестве оружия, хотя уже в XI в. более эффективные формы копий вытеснили их из боевой практики.

Тип IV (9 экз.) - копья с вытянуто-листовидным пером, линзовидные или ромбовидные в сечении, и длинной (14-20 см) тульей. Листовидные наконечники были известны булгарам еще в VIII - IX вв. 51, а в X - XIII вв. копья с вытянуто-листовидным пером являлись важной частью копейного вооружения населения Булгарии. Несколько позже появляются копья с пером лавролистной формы (подтип 1А). С территории Волжской Булгарии происходит один наконечник с длинным ( до 32,5 см) и широким (5,5 см) пером с выемками посередине сторон, небольшой (11,5 см) и широкой (4 см) тульей. Данный наконечник можно назвать рогатиной и отнести его появление к XIII в. 52. Рогатина стала эффективным оружием пехотинца, который благодаря ей мог и пробить доспех противника, и бороться с конным воином.

Тип V (3 экз.) - втульчатые копья с пером в виде двух расходящихся книзу шипов (так называемые дротики или гарпуны). Можно предположить, что они служили сельскому населению в качестве универсального военно-промыслового оружия, которое использовалось на охоте и лишь по необходимости применялось в бою в качестве метательного копья-дротика.

Тип VI (1 экз.) может быть назван дротиком, или сулицей, и включает черешковые копья с подтреугольным пером. По форме пера сулицы отличаются от других типов копий и, по словам А. Н. Кирпичникова, «представляют нечто среднее между копьем и стрелой, то есть обычно меньше копья и больше стрелы» 53.

Подводя итоги изучению эволюции булгарских копий, остановимся на некоторых важных положениях. Сравнение набора копий X - XIII вв. с оружием предшествующего периода показывает заметное сходство в формах древкового оружия. Пожалуй, все ведущие формы домоногольских наконечников (I, IIА, IIВ, IV) связаны своим происхождением с раннебулгарским периодом, а новые формы появились в арсенале булгар после включения в их военную структуру славяно-­русских и финно-угорских контингентов с собственным специфическим набором копий (III, V, VI).

Развитие специализированных наконечников копий наиболее рельефно показывает тенденции, эволюции всего древкового оружия, которая становится наиболее заметной в XII - XIII вв. Многие типы копий были в этот период усовершенствованы, что сделало их более эффективным оружием: эволюционировала форма пера, наращивается диаметр тульи и усиливается ее шейка. Постепенно выделяются два типа пик (IА и IБ) и узколезвийных удлиненно-треугольных копий (IIБ и IIВ), которые по количеству находок и боевым качествам заметно превосходят все остальные типы копий. Подобные изменения наконечников копий явно связано с усилением защитного вооружения и выдвижением в качестве решающей силы на полях сражений конных рыцарских дружин. Эти же причины обусловили усовершенствования пехотных копий. Переработав и отбросив архаичные формы, булгары остановились на трех типах копий: широких удлиненно-треугольных (IIВ), удлиненно листовидных (IV) и лавролистных (IVА). Модификация пехотного копья позволяла воинам бороться как против защищенного доспехом пехотинца, так и против всадника. Тогда же, вероятно, появляются сулицы, позволявшие пехоте поражать противника на расстоянии (VI, малые формы типа ЦБ).

Особо отметим несомненную типологическую и культурно-типологическую близость домонгольского копейного арсенала Волжской Булгарии и Древней Руси, особенно ее южных княжеств. Вместе с тем, показательно отличие булгарского набора копий от древкового оружия соседних финно-угорских народов и кочевников юга Восточной Европы и Приуралья 54,55.

Таким образом, можно сделать вывод, что формы булгарских копий имеют- глубокие традиции развития, а их эволюция определенно связана с переплетением ряда важнейших факторов: общеевропейских, по существу, процессов совершенствования комплекса вооружения и особенно защитного, в следствии изменений местных условий боевой практики.

БОЕВОЙ ТОПОР(таблица - 12) - был массовым оружием ближнего боя у булгар и по количеству находок, разнообразию типов и форм он превосходит все другие виды оружия. Он состоял из железного бойка и деревянной рукоятки. Длина рукоятки боевого топорика, по археологическим и оружиеведческим данным, определяется около 80 см 56,57,58. Это находит подтверждение и по данным из могильников раннебулгарского времени.

Боевые топоры у булгар появляются в VI - VII вв. в Приазовье и на Северном Кавказе. В арсенале вооружения булгарских и других тюрко-угорских племен Среднего Поволжья они занимают важное и почетное место со второй половины IX в., что определенно связано с процессом дифференциации войска и выделением феодальной дружины.

Всего с территории Волжской Булгарии домонгольского периода известны 74 боевых топора. Большинство находок происходит из центральной части Булгарии, из окрестностей средневековых городов Биляр и Булгар. Отметим также, что значительная часть топоров - случайные находки с территории булгарских поселений.

Популярность топора связана с массивностью, большим удельным весом бойка и сравнительно небольшой узкой гранью лезвия, концентрирующей энергию удара. Благодаря этому топором можно было проломить, расколоть щит и доспехи противника. Относительная простота изготовления, особая универсальность применения многих топоров с разными формами лезвий (и в бою, и в хозяйстве) сделали их весьма популярным и распространенным оружием. Одновременно использование топора во время боевого противоборства не требовало особых навыков и длительного обучения (по сути дела приемы обращения с топором были известны любому крестьянину), а особая универсализация достигалась за счет изменения длины рукояти (увеличение дистанции боя), так и конструктивного варьирования форм лезвия. Все эти положительные качества топора сглаживали неудобства этого оружия (меньшая точность поражения, инерция удара, незащищенность при замахе и т.д.), делая его эффективным массовым оружием ближнего боя. Недаром топоры по количеству находок сравнимы с копьями. Вместе с тем, еще с древности среди топориков выделяется группа чеканов и клевцов, назначение которых было специализированно-боевым. Конструкция их лезвия и обуха (узкое клиновидное или заостренное с длинным молотковидным обушком). Придавала чекану ударно-колющий эффект, перед которым не мог устоять доспех.

А. Н. Кирпичников разделил все топоры на три группы: боевые, универсальные и рабочие. Первая группа объединяет специализированные боевые топорики (боевые секиры). Отличительными их особенностями выступает наличие выступающего обушка-молоточка, небольшие размеры и несхожесть с типами рабочих топоров. Вторая группа - это универсальные топоры, бойки которых по форме лезвия и строению обуха копируют рабочие типы, но по размерам и весу отличаются от них. Применялись они как на войне, так и в хозяйстве. Третья группа - тяжелые, большие по размерам топоры определенно производственного назначения.

Предметом изучения в данном случае являются первые две группы топоров. Среди групп универсальных и боевых топоров выделяются отделы по особенностям строения обуха и щековиц, внутри которых по форме лезвия определяются типы, в свою очередь разделяющиеся по характеру строения обуха или размерам на подтипы (таблица - 12).

Отдел А - специально боевые топорики - объединяет экземпляры, которые отличаются от остальных групп наличием молотковидного обуха (более 2,5 см), служившего своеобразным противовесом, который позволял наносить бойком сильный концентрированный удар.

Тип АI - топоры-чеканы с вытянутым обушком, узким клиновидным лезвием и небольшим (2-2,5 см) проушным отверстием. История чеканов в Среднем Поволжье, видимо, связана с проникновением и заселением края болгарскими и тюрко-угорскими племенами, как из степных районов Евразии, так и из Прикамья. В ранней Волжской Булгарии боевые чеканы были основным рубящим оружием ближнего боя.

В конце XII - XIII вв. секиры типа АI конструктивно начинают претерпевать изменения. Результатом стало создание топориков подтипа АIа. От остальных чеканов он отличается наличием невысокого обушка, двух пар подтреугольных щековиц и расширяющимся книзу клиновидным лезвием.

Топорики типа АI были, скорее всего, специализированным оружием воина профессионала.

Тип АII - топорики-чеканы с длинным (более 3 см) обушком (часто оканчивающимся грибовидным навершием), округлыми щековицами и нешироким секторовидным лезвием с выемкой. Появляются они в Подонье и Нижнем Поволжье в VIII в. В Волжской Булгарии распространяются, в основном, во второй половине X - XI в.

Тип АIII - топорик с высоким четырехгранным обушком без навершия, округлыми щековицами и широким вытянутым лезвием.

Скорее всего, его конструкция продолжает традиции развития форм боевых чеканов, которые, несомненно испытали влияние рабочих топоров с оттянутым лезвием. Появление топорика с широким вытянутым лезвием в XII -XIII вв. Объясняется, видимо, желанием увеличить площадь поражения специализированных боевых секир, сохраняя концентрацию удара с помощью тяжелого обушка.

Тип АIV - топорики с фигурным лезвием и выступающим обушком. Надо отметить, что топоры с таким устройством лезвия достаточно редки.

Остальное топоры относятся к группе универсальных, которая разделена на отделы по оформлению проуха и щековиц.

Отдел Б объединяет секиры с двумя парами округлых щековиц и невысоким (около 2 см) подчетырехугольным обушком. Истоки похожих конструкций тыльной части бойка уходят в первые века н.э. Они широко распространяются в Восточной Европе в VIII - X вв. Сохранение и длительное использование таких бойков, учитывая изменения их лезвия, показывают типичность и традиционность их для волжских булгар.

Тип БI - топорики с вытянутым клиновидным лезвием.Типичные размеры: высота 12-16 см, ширина лезвия 4-7 см, диаметр проуха 3 см. В Волжской Булгарии топоры этого типа известны с IX - X вв. 59, а подобные рабочие топоры использовались в X - XIII вв. Таким образом, боевые топорики этого типа входили в набор булгарского вооружения в течении всего домонгольского периода, но наибольшей популярностью пользовались в X - XI вв.

Тип БII - топоры, характеризующиеся вытянутым, оттянутым к рукояти лезвием. Размеры: высота топора 14-17 см, высота лезвия 10-13 см, ширина лезвия 6,5-8,5 см, диаметр проуха около 3 см. Происхождение подобных топоров связано со степными и лесостепными районами Восточной Европы. На территории Булгарии подобные универсальные топорики можно датировать X -XIII вв. Характерно наличие среди рассматриваемых топоров секиры X - XI вв. (подтип БIIа), имеющей тот же обушок и секторовидное лезвие с небольшой выемкой. Она подчеркивает сходство универсальных топориков с боевыми топорами VIII - X вв.

Тип БIII - топорики с широким лопастным лезвием. Их размеры: общая длина 13-15 см, длина лезвия 6,5-10 см, ширина лезвия 18-12,5 см, диаметр проуха около 3-3,5 см.

Происхождение топориков этого типа не совсем ясно. Учитывая, что подобных находок нет в раннебулгарских погребениях IX - середины X в., вполне естественно полагать, что они представляют собой специальное усовершенствование, конструктивное развитие лезвия топоров отдела Б, "малыми" формами которых являются секиры типа БII.

Интерес представляет топорик из Билярского городища (подтип БIIIа), который является уменьшенной копией топоров данного типа. По форме лезвия и размерам бойка он имеет большое сходство с секирами типа АIII, что позволяет предполагать его исключительно боевое назначение. Наличие "малых" модификаций типа БIII говорит об их популярности в домонгольский период и соответственно широком использовании таких бойков в хозяйстве и в бою.

Отдел В универсальных топоров отличается наличием двух пар подтреугольных щековиц, овального или округлого треугольного проуха и отсутствием выделенного обушка. Бойки топоров с такой конструкцией обуха и лезвиями различных типов были довольно характерны для народов Восточной Европы домонгольского периода. Встречаются подобные топоры повсеместно, но значительное количество находок, как рабочих, так и боевых топоров в древнерусских и финно-угорских памятниках позволяет считать их финско-русскими по происхождению 60. Популярность их, однако, не ограничивалась только территорией Европейского Северо-Востока, а включала также Волжскую Булгарию. Универсальные боевые топорики отдела В разделяются на несколько типов по форме лезвия.

Тип В1 - топоры с широким клиновидным лезвием и обухом с подтреугольиыми цапфами. Общие размеры: высота бойка 13-16 см, ширина лезвия 7-10 см, диаметр проуха 3,5 см, вес 300-500 г. Временем их наиболее широкого распространения можно считать XII - XIII вв. Именно в период широкой популярности рабочих топоров этой формы закономерно появление сходных по типу универсальных, малых секир 61.

Несколько более архаично выглядит конструкция лезвия и обуха некоторых других топориков указанного типа (подтип ВIа) с узким расширяющимся книзу клиновидным лезвием и округлым проухом без щековиц. Применялись они, очевидно, в IX - XI вв., поскольку к этому времени относятся находки близких по форме топоров в могильниках древней мордвы и средневекового населения Прикамья 62.

Тип ВII - топоры с нешироким лезвием с выемкой. Размеры их: высота бойка 14,5-16 см, ширина лезвия 6-8 см, размеры проуха 3-4 см, вес около 500 г. Рабочие топоры этого типа относятся к числу достаточно известных и популярных у населения Северо-Восточной Европы в IX - XIV вв., а большинство находок боевых секир относятся к X - XI вв. 63. В этот период боевые топоры и рабочие секиры, судя по археологическим материалам, были распространены у древнемордовских и древнемарийских племен, а также у населения Северной и Северо-Восточной Руси.

Тип ВIII - секиры с широколопастным лезвием. Высота их 12-14,5 см, ширина лезвия 9-10 см, диаметр проуха 3 см. Топорики с таким вытянутым секторовидным лезвием появляются в XI в. и были широко распространены у различных народов Восточной Европы. Учитывая время бытования топориков этого типа в Восточной Европе, а также аналогичных рабочих топоров из Биляра 64, подобные секиры из Волжской Булгарии можно датировать XI - XIII вв.

Оригинальной находкой является боевой топорик (подтип ВIIIа) из Биляра. Он отличается небольшими размерами и, судя по отверстию на лезвии, имел определенно походно-боевое назначение. Типологически сходные по форме лезвия секиры были распространены также, скорее всего, в XI - XIII вв.

Отдел Г включает топоры универсального назначения, имеющие одну пару подтреугольных щековиц, округло-треугольный проух и плоский невыделенный обух. Секиры этого отдела, как и топоры отдела В, своим происхождением связаны со славяно-финским миром. По форме лезвия их можно разделить на типы.

Тип ГII - топорики с нешироким лезвием с выемкой и плоским обухом с парой приостренных щековиц. Они весьма близки по форме секирам типа ВП. В памятниках ранних булгар такие топоры еденичны, а большее распространение на территории Волжской Булгарии они получают, видимо, в домонгольский период, что подтверждают находки из Биляра 65. Топоры, подобные типу ГII, особенно характерны в X - XII вв. для населения Европейского Северо-Востока и были широко распространены у финно-угорских народов Среднего Поволжья, Верхнего Прикамья и Приуралья, а также Вятско-Вычегодского междуречья. В землях Северной Руси эти топоры также относились к числу наиболее популярных 66.

Тип ГIII - топоры с одной парой подтреугольных цапф и вытянутым широким лезвием. Находки подобных секир известны из финно-угорских могильников IX - XII вв. 67 и домонгольских памятников Древней Руси 68.

Отдел Д включает секиры, которые отличаются наличием вырезного обуха с верхними и нижними боковыми массивными щековицами.

Тип Д1 - секиры с расширяющимся книзу клиновидным лезвием. Топоры с подобным строением обуха хорошо известны по археологическим материалам из всех древнерусских областей (тип III по типологии А.Н.Кирпичникова) и датируются X - первой половиной XII в. 69,70. По данным А. Н. Кирпичникова, это наиболее характерная форма боевых и рабочих древнерусских топоров.

Тип ДIII - топор с широколопастным лезвием и отверстием на нем. Судя по типологически близким древнерусским образцам, эта секира может быть отнесена к наиболее распространенному на Руси типу топоров (тип IV по А.Н.Кирпичникову) и датироваться в соответствии с ним XI - XII вв. 71.

В целом находки секир отдела Д - специфичного для Среднего Поволжья -свидетельствуют об активных контактах между Русью и Булгарией в области средневековой военной техники.

История боевых топоров X - XIII вв. позволяет сделать определенные выводы об их месте в вооружении булгарского войска. Секиры имели важное значение в наборе боевого снаряжения воинов ранней Волжской Булгарии как оружие конного дружинника и ополченца. В X - XI вв. вследствии дифференциации войска постепенно выделяются две группы топориков: боевые топорики-чеканы, которые наряду с саблей и копьем входили в арсенал профессиональных воинов, и походно боевые секиры, служившие для снаряжения рядовых воинов. Следует отметить появление в X - XI вв. орнаментированных топориков, которые, несомненно, служили знаками власти и входили в набор рыцарского снаряжения. Основной тенденцией боевого использования топориков разных форм в конце XII - XIII в. стало явное сокращение применения чеканов тяжеловооруженными конными дружинниками, так как, видимо, в результате усиления доспеха их функции все чаще начинают выполнять булавы. Одновременно возрастает значение универсальных секир "малых форм" в качестве массового оружия простых ратников.

БУЛАВА(таблица - 14) - ударное оружие ближнего боя, имеющее вид металлического навершия с отверстием для насаживания на рукоятку.

Булава, возникнув на заре истории цивилизации, была одним из наиболее древних видов специально-боевого оружия (недаром в Древнем Египте иероглиф в виде булавы означал понятие "сражаться"). Распространились боевые навершия (в большей степени как оружие-символ) в VIII - X вв. у населения Восточной Европы, в частности Хазарского каганата 72. Определенно большее боевое значение приобрели булавы в эпоху зрелого средневековья (XII - XIII вв.), когда важными в действиях конницы стали формы маневренной борьбы и повысилась роль защитного снаряжения. Именно в этот период оказались особо востребованными отличные боевые качества булав как оружия, способного проломить или пробить броню и ранить или контузить ("ошеломить") противника в стремительных скоротечных стычках и затяжных боях плотных масс тяжеловооруженных всадников. Одновременно сохранилось и даже приобрело новое качество значение булавы как социально-престижного символа власти, подчеркивавшего знатность и значение ее держателя.

Именно переплетение и развитие двух функциональных тенденций (военной и социально-престижной) и определяло модификацию булав у населения Булгарии в X -XIII вв. и их группировку по форме (таблица - 14).

Можно констатировать, что булавы появляются как у булгар в VIII в., так и у ряда других народов Восточной Европы. Резкое возрастание значения булав происходит в XII в. когда возникают экземпляры, во многом отличающиеся от более ранних. Модификация этого, оружия в булгарских ремесленных мастерских идет в направлении умножения числа выпуклостей и шипов, а также утяжеления булав без увеличения их размеров. Характерно, что на смену бронзовым пришли железные (тип II, IIБ - здесь и далее использована типология А. Н. Кирпичникова) и бронзовые со свинцовым заполнением булавы (тип III, IIIА). Вначале XIII в. усиление доспеха привело к появлению новых типов, которые позволяли концентрировать ударную мощь на небольшой площади, так возникли булавы-клевцы (тип IIА) и шестоперы (тип VI). Развитие типов булав, таким образом, ведет к созданию оружия, которое при сохранении небольшой массы позволяло бы успешно бороться с защищенным броней противником.

Социальный статус различных типов булав, видимо, неоднозначен, наряду со сложными в изготовлении и богато декорированными экземплярами (типы I, IIА, IIIА, IV и VI), несомненно, служивших оружием верхов общества и дружинников-профессионалов, были также боевые навершия (типы II, IIБ, V), использовавшиеся, по-видимому, незнатными воинами. Особенно рельефно это видно на примере типа II, объединяющего как железные, довольно просто сделанные, "демократические", так и бронзовые с позолотой булавы, более характерные для снаряжения феодальной знати. Это в какой-то мере подтверждают исторические аналогии. В Западной Европе булавы, например, были широко распространены среди рыцарской конницы 73 это оружие часто упоминается в качестве снаряжения султанов у сельджуков 74, а в фольклоре тюрко-монгольских народов булавы с металлическим навершием считаются оружием знатных батыров.

Особенно эффективна была булава в тесной рукопашной схватке, поэтому чаще всего ее использовали всадники, стараясь либо оглушить, "ошеломить" противника, защищенного доспехом, либо нанести ему травму, проломив броню.

КИСТЕНЬ (таблица - 13) - ударное оружие ближнего боя в виде костяной или металлической гирьки, прикреплявшейся к рукояти при помощи длинного ремня за неподвижное ушко. Происхождение кистеня, как и булавы, связывается исследователями со степными районами Восточной Европы, где найдены, видимо, самые ранние образцы кистеней 75. Население Волжской Булгарии использовало боевые гирьки в качестве оружия еще в VIII - IX вв.

Позднее, в домонгольское время, кистени получили значительное распространение и играли заметную роль в комплексе вооружения булгар. В настоящее время известны 33 гирьки от кистеней с территории Древней Булгарии.

Культурно-исторические основания для группировки кистеней сходны в определенной мере с булавами. По форме и деталям оформления они делятся на девять типов. В основу типологии булгарских кистеней легла классификация, разработанная на древнерусском материале А. Н. Кирпичниковым (см. таблица - 7, по Булгарии - таблица - 13).

Тип I - объединяет костяные яйцевидной формы кистени со сквозным отверстием по оси, куда вставлялся железный стержень с петлей для крепления к рамке на одном конце и заклепанный - на другом (тип IА - отличается наличием на корпусе рядов отверстий, заполненных свинцовыми впайками).

Тип II - металлические - с использованием железа, бронзы, свинцовой заливки - кистени шаровидной или грушевидной формы с гладкой поверхностью (тип II А - бронзовые кистени с рельефным орнаментом, в виде многолепестковой розеточки, на шаровидной поверхности, с железным сердечником или свинцовой заливкой).

Тип III - кистень железный шаровидной формы с одиннадцатью выступающими гранями-валиками и небольшой прямоугольной шейкой, при переходе к округленной подпрямоугольной петле с выступами.

Тип IV - включает бронзовые грушевидные или круглые кистени с горошковидными выпуклостями (выступами) по всей поверхности.

Тип V - уплощенный грушевидной формы кистень с орнаментом на боковых поверхностях (скорее всего импортирован из русских земель).

Тип VI - объединяет кистени в виде куба со срезанными углами и напаянными на все грани крупными половинками шариков.

Тип VII - многогранные кистени; исходной формой для их появления можно считать округлые гладкие гирьки, у которых обрезали поверхность, чтобы получить большое количество боевых граней и сторон.

Тип VIII - биконические железные гирьки с плоским прямоугольным ушком.

Тип IX - кистени грушевидной формы с продольным валиковым рефлением, рамчатой петлей с двумя выступами по верхнему краю.

Типологический анализ кистеней с территории Волжской Булгарии позволяет выяснить эволюцию этого оружия в целом. Самые ранние из них появились у булгар в VIII - IX вв., но не получили широкого распространения. В домонгольское время применение боевых гирек расширилось: в X - XI вв. наряду с традиционными костяными (тип I) появляются грушевидные и круглые (тип II и III), а к XII - XIII вв. разнообразие их форм достигает максимума (только к этому периоду относится 7 новых типов). Изменения коснулись не только материала из которого изготовлялись кистени (в X - XI вв. в основном кость, а в XII - XIII вв. - обычно металл), но и конструктивных особенностей корпуса (если в X - XII вв. наиболее употребимы бцли гирьки с гладкой поверхностью, то в XII - XIII вв. - с горошковидными выпуклостями, кубические с напаянными на грани полушариями, а также многогранные и биконические кистени). Заметно так же общее увеличение массы этого оружия. Так если ранние типы (I, II, III) редко весили более 140 г., то вес поздних ( VI, VII, VIII, IX) достигает уже 240 г., а иногда даже 300 г. Смысл этих усовершенствований состоял в том, чтобы сделать кистень более прочным и надежным, а также, не увеличивая его размеры, утяжелить гирьки, чему способствовал переход к биметаллическим изделиям. Выступы и грани, которые стали характерны для гирек XII - XIII вв. (типы III, IV, VI, VII, IX - таблица - 13), позволяли по сравнению с более ранними типами, заметно повысить ударную силу кистеня.

Наблюдения за совершенствованием кистеней приводят к мысли о справедливости вывода, что «происхождение и распространение кистеней тесно связано с конным боем. Применение кистеня в быстротечных конных схватках оправдано легкостью и подвижностью этого оружия» 76,77. Преимущество кистеня было в том, что им можно было действовать тогда, когда использование других видов оружия становилось затруднительным при внезапных скоротечных столкновениях или во время тесного рукопашного боя. Особенно возрастало значение кистеня, если в таких условиях необходимо было действовать против защищенного доспехами противника. Именно кистень, благодаря концентрации силы удара в ограниченной точке, позволял оглушить противника или нанести ему травму. Большая популярность кистеня в Булгарии XII - XIII вв. показывает, что стремительные, маневренные столкновения и тесные рукопашные схватки с использованием тяжеловооруженной кавалерии были очень распространены.

Кистени, будучи вспомогательным оружием, находились на вооружении различных социальных слоев. Частью из них (типы II, IV, VI - таблица - 13) пользовались рядовые воины: горожане и крестьяне, а другими (типы I, IIА, V, IX), скорее всего, состоятельные люди - знать, дружинники. Наличие же кистеней с тамгообразными знаками (тип I) и позолоченных (тип VI), а также орнаментированных биметаллических (тип IV) убедительно подтверждает мысль о том, что владельцами кистеней были конные воины-профессионалы, а зачастую и высшая дружинная аристократия. В пользу этого говорит и распространение находок кистеней (в том случае, когда удалось установить место находки). Большинство из них происходит из крупных городских центров: Биляра 78, Болгара 79, Хулаша 80.

Все вышеописанное позволяет заключить, что кистень появляется у булгар в VIII - X вв. и используется, видимо, чаще как оружие легковооруженной конницы. Увеличение роли тяжеловооруженной феодальной кавалерии в бою, а также внедрение связанной с ней военной практики повысило значение этого "оглушающего" оружия. Ценным качеством его было то, что, будучи дополнительным оружием, он мог в зависимости от обстановки одинаково успешно применяться как против подвижного легковооруженного, так и против защищенного броней противника. Отличие кистеней от булав заключалось в том, что кистень, уступая булаве в весе, превосходил ее гибкостью удара и дальнодействием. Судя по булгарским данным, кистень использовали различные категории войска. Однако особую популярность в качестве вспомогательного оружия он имел у рыцарской кавалерии.

Как уже отмечалось, у соседей булгар этот вид оружия не был распространен. Не было его на вооружении восточнофинских племен IX - XIII вв., а у тюркских кочевников Восточной Европы XI - XIII вв. оно было мало распространено 81. Наибольшее сходство в развитии булгарских кистеней обнаруживается с типами этого оружия из южнорусских земель, где борьба с конными рыцарями и кочевниками была постоянно действующим фактором 82. Все это заставляет думать, что подобное единообразие не просто результат торговых контактов, а свидетельство сходства условий боевой практики этих двух регионов.

Резюмируя изучение многочисленного и важнейшего в условиях войн средневековья набора оружия ближнего боя, подчеркнем, что оно объединяло необходимое количество предметов вооружения, а его развитие и модификация определяли динамику военного дела в целом. Булгарское оружие прошло значительный путь развития от раннефеодального, близкого к кочевническому, до разнообразного средневекового комплекса боевого снаряжения, имеющего типологическое сходство с древнерусским. Культурно-историческая типология и оружеведческая характеристика разных видов вооружения показали, что основу эволюции оружия составляли изменения традиционных предметов воинского снаряжения: сабель, копий, боевого топора, кистеня, которые постоянно дополнялись новинками и заимствованиями, отвечающими условиям местной боевой практики. Как правило, все инновации были не случайны и связаны с появлением и развитием феодального рыцарского вооружения (мечи, пики, орнаментированные топорики и булавы). Комплекс боевых средств булгар X -XIII вв. включал одновременно оружие, характерное и для легковооруженного всадника (копья, кистени, топорики, и для пехотинца (копья и топоры), и для конного дружинника (сабли, мечи, пики, булавы, кинжалы).


6525427752418230.html
6525458310346602.html
    PR.RU™